Главная > Образование > О некоторых последствиях проекта «5-100»

О некоторых последствиях проекта «5-100»

О некоторых последствиях проекта «5-100»

Ассоциация «Глобальные университеты» и российские вузы …

В качестве эпиграфа хочется взять  всем известную фразу Бисмарка: «Битву при Садове выиграл школьный учитель». Поскольку речь пойдет об образовании. В частности, о высшем образовании, о проекте «5-100».

 События, которые складываются вокруг нашей Родины, не оставляют ни у кого сомнений, что обострение противостояния с блоком НАТО, их вассалами и сателлитами, а также с террористами всех мастей будет идти через столкновение человеческого духа и военных технологий. Тот, кто обладает сильным духом, лучше вооружен и имеет надежный тыл в виде экономического состояния страны, тот и выйдет победителем. И наивно думать, что этим сражениям еще предстоит быть. Нет, они уже идут.

За уникальными технологиями, их талантливыми разработчиками идет настоящая охота. Особенно, на пространстве бывшего СССР. Ведь сколько бы нас не убеждали, что бывшая система образования России - СССР плоха и не отвечает современным  тенденциям развития мирового сообщества, а нам все не верится. И есть, отчего не верится. Дело в том, что некоторые векторы развития мирового сообщества расходятся с культурно-историческим путем развития России.

Однако, перейду к образованию. В начале октября в Высшей школе экономики прошло собрание членов ассоциации «Глобальные университеты», объединяющей участников проекта «5-100». На этом совещании присутствовали вице-премьер О.Ю. Голодец и министр образования О.Ю. Васильева.

Справочно.

Отправной точкой для запуска проекта послужил один из майских указов президента от 2012 года, в котором говорится, что необходимо обеспечить «вхождение к 2020 году не менее пяти российских университетов в первую сотню ведущих мировых университетов согласно мировому рейтингу университетов».

Проект «5-100» был запущен Минобрнауки в 2013 году и представляет собой госпрограмму поддержки крупнейших вузов с целью повышения их конкурентных позиций на мировом рынке. Конкурентные позиции определяются местами в международных классических рейтингах - Times Higher Education (THE), Quacquarelli Symonds (QS) или The Academic Ranking of World Universities (ARWU).

 Все вузы, а их на сегодняшний день 21, участвующие в программе, получают субсидии и должны отчитываться о продвижении в рейтингах в соответствии с утверждёнными «дорожными картами». До сих пор на проект было выделено 50 миллиардов рублей, до 2020 года предполагается потратить ещё 29 миллиардов рублей.

 

И снова к вопросу о проекте «5-100». Один из главных идеологов проекта «5-100» ректор НИУ ВШЭ Я. И. Кузьминов оптимистично оценил шансы вхождения вузов России в лидирующую сотню в мировых рейтингах. Однако, министр образования Ольга Юрьевна Васильева на октябрьском совещании  оценила результаты данного проекта иначе. Она продемонстрировала участникам совещания сводную таблицу с показателями по вузам - участникам проекта. Из этой таблицы видно, что в первые сотни в предметных рейтингах попадают только шесть вузов - МФТИ, ВШЭ, ИТМО, МИСиС, НГУ и МИФИ. Остальные находятся на двухсотых и трёхсотых позициях, а то и вовсе выпадают за пределы пяти сотен. Количество публикаций и показатели цитируемости многих вузов в международных изданиях тоже находятся на крайне низком уровне.

По мнению министра, из этих данных можно сделать однозначный вывод: «надо оставить эффективные вузы, не более шести, оставшиеся деньги вкладывать в развитие этих вузов, чтобы к 2020 году эти вузы вошли в пятёрку, о которой нас просил президент». Всем остальным вузам, участвующим в проектах, по словам О.Ю.Васильевой, следует отчитаться о проделанной работе и истраченных деньгах за тот период, который был. Вот такое резюме министра образования.

Лично я оцениваю данную позицию нашего министра как  верную с точки зрения государственного чиновника, ратующего за успех порученного дела. Тем более, что участие наших вузов в международных рейтингах помимо «плюсов» имеет и ярко выраженные «минусы». И, видимо, настал момент, когда стоит определить, чего же больше?

В нашем государстве система образования выстраивалась иначе, чем в США и Европе. Большое количество вузов в стране были отраслевыми. Научные школы и коллективы, завязанные на вузы и университеты, - кадровый базис советской экономики, в частности, ряд технических вузов страны тесным образом был связан с  российской оборонкой. Казалось бы, подготовка таких кадров должна была остаться приоритетом образовательной отрасли России. К сожалению, всё происходит иначе. И проект «5-100» этому способствует.

Программа вхождения в мировые рейтинги предусматривает расширение зоны влияния английского языка на российскую за счет требования преподавания до 30% спецдисциплин на английской языке. Статус преподавания должен быть достаточно высоким, поскольку предполагается аспирантами написание научных статей в своей профессиональной области на английском языке.  

По моим наблюдениям, наличие таких письменных научных исследований подающих надежды выпускников аспирантуры облегчает зарубежным наблюдателям выявление перспективных молодых ученых в российских вузах. И, как показывает практика, приглашение их к участию в совместных исследованиях. Но уже на территории других государств.  А также, учитывая восприятие нашими студентами английского языка как международного и ассоциация этого языка с успешностью страны в целом, формирования, опосредованно, прозападного лобби из будущих перспективных  специалистов и молодых ученых.

Советник министра обороны РФ Андрей Ильницкий  в своей статье о том, что нужно сделать, чтобы предотвратить утечку мозгов и возродить науку, писал о своем  родном МФТИ: «Еще раз отмечу, что на этом фоне студентов и преподавателей, выпускников и специалистов Физтеха активно зазывают работать за границу.

Лучшим студентам для начала предлагают стажировку. По результатам стажировок физтехам, как правило, предлагают работу. В результате выстроена и успешно работает система «выращивания мозгов» для Запада за российский счет.

Подчеркну, я за обмены и стажировки, я против изоляции российской науки. Иное - глупо. Я лишь бью тревогу. И я - за принятие системы мер, обеспечивающих национальные интересы России в области воспроизводства научно-инженерных кадров».

 

Далее, в мировой рейтинг, о которых идет речь, Академический рейтинг университетов мира (The Academic Ranking of World Universities , сокращенно ARWU) направлен на оценку научно-исследовательской работы, проводимой в вузе. Оценка образовательной деятельности фактически не оценивается. Университеты оцениваются по шести индикаторам: 1. Число выпускников-лауреатов Нобелевской или Филдсовской премии (Alumni) - 10% 2. Число сотрудников-лауреатов Нобелевской или Филдсовской премии (Award) - 20% 3. Число наиболее часто цитируемых исследователей в различных предметных областях (HiCi) - 20% 4. Число статей, опубликованных в журналах Nature и Science (N&S) - 20% 5. Число статей, проиндексированных в Science CitationIndex - Expanded и Social Sciences CitationIndex (PUB) - 20% 6. Академическая производительность на одного представителя научно-преподавательского состава вуза - результат деления суммы баллов по предыдущим пяти показателям на число эквивалентов полной ставки академического персонала (PCP) - 10% .

 

В основе рейтинга мировых университетов британской компании QS - шесть индикаторов оценки вузов: 1. Академическая репутация (40%) - производится на основе глобального опроса академического сообщества 2. Репутация среди работодателей-преподавательского состава и студентов (20%) 3. Доля иностранцев в научно-преподавательском составе (5%) 4. Доля иностранцев в общем числе студентов (5%) 5. Число цитирований на одного сотрудника (20%).

 

Рейтинг мировых университетов Times Higher Education (World University Rankings Times Higher Education, THE WUR) ежегодно строится на основе 13 показателей, отражающих пять основных направлений деятельности университетов: 1) Образование (30%) - включает пять показателей: репутационное исследование по вопросам преподавания- 15%, соотношение числа студентов и ППС - 4,5%, соотношение присужденных степеней PhD и бакалаврских степеней - 2,25%, количество присуждаемых степеней PhD в расчете на одного ППС - 6%, соотношение дохода вуза и числа ППС - 2,25% 2) Научно-исследовательская работа (30%) - входит три показателя: репутационное исследование по вопросам научно-исследовательской деятельности вуза - 18%, соотношение дохода от исследований и числа ППС - 6%, соотношение числа статей и числа ППС - 6% 3) Цитируемость (30%) - входит один показатель - импакт-фактор научного цитирования (нормализованное среднее значение цитирования на одну статью) 4) Интернационализация (7,5%) - включает три показателя: соотношение иностранных НПР и НПР - граждан страны - 2,5%, долю публикаций ППС в научных периодических изданиях, опубликованных в соавторстве хотя бы с одним иностранным автором, в общем количестве публикаций ППС университета за пятилетний период - 2,5%, соотношение иностранных студентов и студентов - граждан страны - 2,5%; 5) Привлечение средств от промышленности (2,5%)- инновации - один показатель, оценивающий доход от исследований по заказу промышленных предприятий в расчете на одного ППС. 

Исходя из приведенной информации «Рейтинги 2015-16.pdf»  с сайта unirating.ru  можно сделать вывод, что одним из условий попадания в такой международный рейтинг является проведение научной работы непосредственно внутри вуза.

По заключению советника министра обороны РФ Андрея Ильницкого: «То есть научная работа на базовых кафедрах - тех самых базах, которые - внимание - являются сторонними по отношению к МФТИ организациями, - отныне в расчет не принималась. И без того нарушенные в постсоветское время связи науки и производства с Физтехом при реализации 5top100 ослабли вовсе. Реальная наука уходит из физтеховских лабораторий, аудиторий и кафедр. По некоторым оценкам, лишь около 20% преподавателей Физтеха ныне ведут практическую научную работу. Есть счастливые исключения - созданный, к примеру, биокластер. Но это лишь исключения. Утрачивается потенциал подготовки элитных научно-инженерных кадров. Физтех постепенно превращается из элитарного мирового бренда, производившего нобелевских лауреатов, в обычный институт. Увы. Подчеркну, это не вина руководства института: оно как могло спасало систему Физтеха.»

 

Следующий интересный факт, который наводит на некоторые размышления, в список  вузов - участников проекта «5-100» входят ведущие вузы России, некоторые из них имеют непосредственно стратегическое значение для экономики и оборонного комплекса страны.

Лучшие вузы - главным образом, технические, готовящие, в том числе, кадры для оборонно-промышленного комплекса России, вдруг начали привлекать иностранных преподавателей, принимать иностранных студентов, переходить на международные стандарты, встраиваться в глобальный рынок образовательных услуг.

Добавлю, по замыслу проекта «5-100» в составе Совета по повышению конкурентоспособности ведущих университетов Российской Федерации среди ведущих мировых научно-образовательных центров из 12 членов Совета ровно половина - граждане иностранных государств. Как же это согласуется с заявленной целью проекта «5-100»  - максимизация конкурентной позиции группы ведущих российских университетов на глобальном рынке образовательных услуг и исследовательских программ? Позволю себе усомниться в том, что представители Центра международного высшего образования Бостонского колледжа, национальной службы здравоохранения Англии, Лёвенского католического университета, Университета штата Аризона, Китайского Общества Стратегии развития образования, Гонконгской Академии Наук (все те, кто входит в состав Совета по повышению конкурентоспособности наших вузов) будут искренне ратовать за то, чтобы наши вузы потеснили вузы этих стран в международных рейтингах. Более того, этот международный Совет рассматривает отчеты вузов по реализации планов мероприятий, дает предложения по объемам финансирования, а также готовит для Минобрнауки России рекомендации о продолжении поддержки университетам Проекта. Зачем нам такое количество иностранцев, входящих в данный Совет, допущенных к вопросам финансирования и доступа к отчетам о научных разработках? Зачем нам такое количество иностранных преподавателей, работающих в этих стратегически важных для России вузах? Подчеркну, что одно из требований всех этих рейтингов - процент участия в работе вуза иностранных специалистов.

Возвращаясь к российским реалиям, замечу следующий интересный факт: Совет по повышению конкурентоспособности возглавляет ректор НИУ ВШЭ. Одной их функций Совета является  «внешняя экспертиза и оценка результатов проекта» (с сайта Ассоциации «Глобальных университетов»). Разработкой Концепции целевой программы развития образования на 2016-2020 гг. занимались также представители ВШЭ. Получается: предложили,  а затем, проверили результаты.

 

И в заключение. Снова вернусь к словам советника министра обороны: «Складывающаяся вокруг России геополитическая обстановка диктует необходимость принятия неотложных мер в области кадрового обеспечения инновационной промышленности и оборонки».  

Поэтому, предложение министра О.Ю. Васильевой по итогам проекта «5-100» считаю одним из фактов ответственного отношения к поставленным перед ведомством задачам - осмыслению выбранной траектории развития системы образования России, четкому и честному анализу происходящего и ответственного принятия решений.

Помоги нам Бог.

Наталья Юрьевна Склярова, кандидат педагогических наук, советник при ректорате Московского педагогического государственного университета, член Президиума ФУМО «Образование и педагогические науки»